Я не верю, что Интернет оттеснил книги Натик Расулзаде

1
(обновлено 10:42 21.05.2015)
Везде за последние десятилетия упала тяга людей к книгам, к литературе. Такое происходило и раньше, лет 30-40 назад, потом люди возвращались к литературе

БАКУ, 22 июл - Новости-Азербайджан, Кямал Али. В жарком Баку трудно найти творческого человека, так как все они прячутся на дачах. Но писатель, фантаст и драматург Натик Расулзаде остался переживать лето на Бакинской улице, которую в третий раз за год устилают асфальтом. В жаре и пыли, грохоте отбойных молотков он творит свои произведения.  Писатель Натик Расулзаде ответил на вопросы агентства  «Новости-Азербайджан»:

- Каким для вашего творчества стало нынешнее бакинское лето?

- Это лето очень жаркое, люди хотят осоловелые в поисках прохлады, но для меня сезон выдался удачным. За июль-июнь я написал несколько новых вещей. Одна печатается в газете, а другая крупная вещь находится сейчас у меня в работе. Все-таки хорошо, что я остался в любимом моем городе.

- Не раскроете, что это за «вещи»?

- Об одной книге могу сказать конкретно, потому что она уже печатается в газете. Это большой рассказ. Сейчас удивительная тенденция – все измельчало. Начинающие литераторы рассказ на 15 страниц называют повестью, если 30 страниц – то уже у них роман. Я не следую чужим тенденциям, у меня только свои и поэтому говорю –  я написал маленькую повесть, или большой рассказ под названием «Душенька».  Как ни странно, это он – мужчина авантюрного плана, современный, в 2010 году.

В последние 10-20 лет я ловлю себя на том, что мое творчество видоизменилось. Если в советские годы я писал остро социальные произведения («Садик в ночи»), то сейчас главный объект моего творчества – личность, человек. Я его препарирую, мне это как писателю безумно интересно, потому что в каждом индивидууме есть внутренний мир, вмещающий тысячу людей.  Мне эта тема очень близка, и рассказ как раз о таком человеке авантюрного плана, которому не чужда сентиментальность, литература. Это чисто реалистическое произведение, в нем нет ни грамма фантастики.

Другая вещь – как ни странно, это сценарий. Известно, что сценарии пишутся по заказу режиссеров, когда заранее известно, чем повествование завершится, где будет кульминация и т.д. В худшем случае это убийство по заказу режиссера.

Не буду раскрывать содержание, так как сценарий в процессе работы, но у меня получилось очень интересно – родившийся в моей голове сюжет хорошо «ложился» на сценарий. Есть материалы, которые «ложатся» на прозу, на роман, на рассказ, а есть драматургически очень интересные материалы, хорошо соответствующие формату пьесы.
В студенческие годы я прочитал гениальный роман Фолкнера «Шум и ярость». Роман предварялся предисловием автора, который говорил, что когда начинал писать этот роман, он видел только маленькую девочку, которая залезла на ветку дерева,  брат ее смотрит снизу на ее испачканные штанишки, а девочка плачет и не может слезть. Эта картинка дала толчок Фолкнеру для огромного романа, в котором есть все, что хотите – социальные, остро-политические, детективные сюжеты. Когда я прочитал это, успокоился, поняв, что пишу правильно, потому что я тоже начинал с первой сюжетной картинки, не зная, к чему она меня дальше приведет.  Это реальный, конструктивный сценарий, повествующий о нашем времени. Я люблю реализм.

- Вы сказали, что летом, в жару, писатели обычно отдыхают от работы. Вы занимаете должность в Союзе писателей. СП весь отдыхает, кроме вас?

- Всю эту неделю там проводились встречи, чествования юбилеев, шла активная работа. Но конечно, летом руководство СП уезжает…

- Можно ли сказать, что читатели вернулись к литературе?

- Я надеюсь, что они вернулись. Есть малозаметные подвижки. Мы – часть планеты, в которой происходят связанные процессы. Везде за последние десятилетия упала тяга людей к книгам, к литературе. Такое происходило и раньше, лет 30-40 назад, потом люди возвращались к литературе. Теперь люди увлеклись Интернетом. Но увлечение читателей другим всегда имеет свой пик, после которого они вновь возвращаются к книгам. Сейчас  в Америке миллионные тиражи имеют книги именитых писателей – Рэя Бредбери, Стивена Кинга. 

Я не верю, что Интернет оттеснил книги, хотя знаю много людей, которые черпают нужные сведения из компьютера. У них дома нет книжных полок. Но возвращение к книгам везде происходит.

Бывает, что литературу читают в электронной версии. Может,  я старомоден, но считаю, что лучше книги, с которой можно поваляться на диване, для чтения нет. Книга, сделанная из бумаги, для меня лучше. Я даже пишу вначале ручкой, а потом переписываю, редактируя, на компьютере.  Когда пишешь ручкой, чувствуешь пальцами, держащими ручку,  каждое слово,  а это для писателя необходимо. 

1
Загрузка...